Договор об ограничении конкуренции

Соглашение с работником об ограничении конкуренции

Договор об ограничении конкуренции

28.02.2018, Законодательство

С вступлением в силу Декрета № 8 «О развитии цифровой экономики» в отечественное правовое поле будет введен новый институт соглашения об ограничения конкуренции, которое будет доступно только резидентам ПВТ.

Рассмотрим основные вопросы, связанные с появлением нового соглашения.

В чем новшество?

В настоящее время свободу граждан в выборе сферы деятельности гарантируют следующие нормативные акты:

— Конституция и Трудовой кодекс гарантируют право гражданина на труд, т.е. право на выбор профессии, рода занятий и работы;

— Гражданский кодекс и антимонопольное законодательство гарантируют гражданину право свободного осуществления предпринимательской (в т.ч. конкурентной) деятельности и создания компаний (в т.ч. осуществляющих конкурентную деятельность).

Поэтому соглашения с работником, направленные на ограничение права работника осуществлять аналогичную (конкурирующую) деятельность (у другого нанимателя, самостоятельно или посредством участия в другой компании), являются ничтожными как несоответствующие законодательству.

Декрет же дает нанимателю-резиденту ПВТ возможность установить такие ограничения при соблюдении определенных условий.

В отношении остальных компаний, которые не являются резидентами ПВТ, будут действовать указанные выше общие положения законодательства.

Что можно запретить работнику?

Работник, подписавший соглашение, принимает следующее обязательство:

—    не заключать трудовые или гражданско-правовые договоры с лицами, являющимися конкурентами нанимателя;

—    не осуществлять самостоятельно конкурирующую деятельность как ИП;

—    не выступать участником, членом коллегиального органа управления или не выполнять функции руководителя организации, являющейся конкурентом нанимателя.

В соглашении необходимо определить конкретный вид деятельности, в отношении которого будут действовать ограничения.

Такие ограничения не могут быть установлены в отношении любой будущей деятельности работника, а могут касаться только той деятельности, которую осуществляет компания или осуществлял работник при работе в компании. Иными словами, речь идет исключительно о конкурирующей деятельности.

Кроме того в данном случае необходимо руководствоваться принципом «разумной необходимости ограничения прав работника в целях защиты интересов нанимателя» (далее – принцип «разумной необходимости»), который выработан зарубежной правоприменительной практикой. Т.е. нанимателю следует указывать не общие, а более «узкие» виды деятельности с учетом специализации компании и функций работника.

С кем можно заключить соглашение?

Декрет не ограничивает категории работников, с которыми может быть заключено соглашение. Вместе с тем, полагаем, соглашение целесообразно заключать только с теми работниками, которые непосредственно участвуют в той деятельности, которую наниматель хочет «защитить».

Нанимателю следует учитывать функции работника, степень его вовлеченности в дела компании, взаимодействия с клиентами компании, а также иные объективные обстоятельства. Т.е. заключение соглашения с обслуживающим (вспомогательным) персоналом, как правило, нецелесообразно.

Полагаем, что необходимость выплаты компенсации работнику, с которым заключено соглашение, также будет способствовать заключению таких соглашений не со всеми работниками, а лишь с высококвалифицированными (ценными) работниками.

На какой срок можно установить ограничения?

Максимальный срок действия соглашения – 1 год после увольнения работника.

На какой территории будут действовать ограничения?

В соглашении должны быть определены территориальные границы обязательства работника соблюдать ограничения. При этом не уточняется, допускается ли включать в территориальные границы обязательства территорию иностранных государств.

На наш взгляд, в силу отсутствия прямого ограничения в Декрете, в территориальные границы обязательства можно включить другие страны.

Однако в данном случае необходимо учитывать следующие обстоятельства:

—    исходя из принципа «разумной необходимости» должна прослеживаться связь между деятельностью нанимателя и территорией (товарным рынком) соответствующего иностранного государства или связь нанимателей из этих иностранных государств с товарным рынком Республики Беларуси;

—    иностранные государства могут не признавать или запрещать ограничения конкуренции, установленные соглашением (Россия, Украина, штаты Калифорния, Монтана).

И если соглашение заключено с работником – гражданином этого государства, скорее всего, наниматель не сможет взыскать с такого работника неустойку или убытки, т.к.

это будет противоречить публичному порядку данного государства (как при обращении с иском непосредственно в суд этого государства, так и при исполнении в этом государстве решения белорусского суда).

Должен ли работник получать компенсацию?

Существенным условием соглашения является выплата нанимателем платы за соблюдение обязательства (далее – компенсация).

Минимальный размер компенсации – 1/3 среднемесячного заработка работника за последний год работы. На наш взгляд, подход к расчету среднего заработка направлен на исключение злоупотреблений со стороны нанимателя, например, когда, планируя увольнение работника, в целях уменьшения размера компенсации наниматель заранее на законных основаниях уменьшает зарплату или иные выплаты этому работнику.

Компенсация выплачивается за каждый месяц соблюдения работником соглашения в период после увольнения и до истечения срока действия соглашения.

Какова ответственность работника?

Соглашение должно устанавливать ответственность за его нарушение.

В первую очередь наниматель будет заинтересован в установлении ответственности работника.

Такую ответственность целесообразно установить в виде неустойки (штрафа), поскольку в этом случае у нанимателя нет необходимости доказывать размер причиненных убытков.

Но если наниматель сможет доказать убытки, связанные с нарушением работником соглашения, он сможет взыскать их руководствуясь общими положениями Гражданского кодекса.

Размер неустойки должен быть разумным, иначе она может быть уменьшена судом в случае ее несоразмерности последствиям нарушения. Поскольку общие суды, как правило, очень лояльно относятся к работникам в трудовых спорах, на наш взгляд, такой же подход может быть перенесен и на категорию дел по спорам в связи с нарушением работником соглашения об ограничении конкуренции.

Установлена ли ответственность нанимателя?

На наш взгляд, формулировка Декрета об обязательном установлении ответственности касается также и ответственности нанимателя.

При этом наниматель может подойти формально и продублировать общие положения Гражданского кодекса: свое обязательство возместить убытки, причиненные работнику нарушением соглашения.

Также по соглашению сторон может быть установлена неустойка (пеня) за просрочку нанимателем выплаты компенсации. Кроме того, в случае просрочки выплаты работник может взыскать с нанимателя проценты за пользование чужими денежными средствами.

Установлена ли ответственность нового нанимателя?

Декрет не устанавливает право нанимателя взыскать неустойку или убытки с нового нанимателя, к которому работник устроился на работу, независимо от того, знал ли этот новый наниматель о заключении работником соглашения, или нет.

Однако Декрет также предоставил право компании-резиденту ПВТ заключать с любыми контрагентами (конкурентами) соглашения о непереманивании, т.е. контрагент (конкурент) не вправе принимать на работу работников данной компании, а в случае нарушения этого обязательства должен заплатить неустойку (штраф) данной компании.

В какой форме заключается соглашение?

Поскольку соглашение имеет гражданско-правовую природу, оно должно быть составлено в виде отдельного соглашения в письменной форме, т.к. его стороной является юридическое лицо. Т.е. некорректно включать соответствующие условия в трудовой договор (контракт) или оформить их как дополнительное соглашение (приложение) к трудовому договору (контракту).

Обязан ли работник уведомлять нанимателя о нарушении соглашения?

Декрет не устанавливает обязанность работника сообщать нанимателю о последующем трудоустройстве, учреждении или приобретении компаний или ином осуществлении деятельности.

Однако с учетом свободы воли сторон при заключении соглашения они могут установить такие обязательства работника, а также отдельную неустойку (штраф) за нарушение такого обязательства.

Можно ли изменить или расторгнуть соглашение?

Поскольку соглашение имеет гражданско-правовую природу, его исполнение, изменение и прекращение регулируется общими положениями Гражданского кодекса.

По общему правилу, соглашение может быть изменено или расторгнуто:

а) по соглашению сторон;

б) по требованию одной из сторон в судебном порядке при существенном нарушении договора другой стороной. На наш взгляд, при определенных обстоятельствах нарушение нанимателем сроков выплаты (например, систематическая невыплата при жестких ограничениях) может быть расценено судом как существенное нарушение соглашения;

в) в случае одностороннего отказа стороны. Поскольку по различным причинам соглашение может стать неактуальным для нанимателя, целесообразно предусмотреть право нанимателя отказаться от соглашения в любой момент с минимальным сроком уведомления работника.

Может ли наниматель требовать от работника заключить соглашение и что будет в случае отказа?

Декрет регулирует исключительно гражданско-правовые отношения и не вносит изменений в трудовое законодательство. Права и обязанности нанимателя и работника, основания увольнения установлены Трудовым кодексом.

Наниматель не имеет права требовать от работника заключить соглашение как при приеме на работу, так и в последствии, а в случае отказа работника – отказать в приеме на работу, привлечь его к дисциплинарной ответственности или уволить.

Соглашение имеет гражданско-правовой характер, должно быть заключено работником добровольно, а отказ работника от его заключения не влечет для него никаких последствий. Совершение нанимателем указанных действий является нарушением законодательства о труде.

Может ли новый наниматель отказать работнику в трудоустройстве или уволить его, если узнает, что работник ранее заключил соглашение с предыдущим нанимателем?

С учетом указанных выше обстоятельств наличие у работника соглашения с предыдущим нанимателем никак не влияет на его трудовые отношения с новым нанимателем. Т.е.

наличие такого соглашения не является основанием для отказа от приема на работу или увольнения работника.

Если новый наниматель откажет в трудоустройстве работника или уволит работника по такому основанию, он совершит нарушение законодательства о труде.

Таким образом, Декрет устанавливает лишь общее регулирование соглашения об ограничении конкуренции.

На наш взгляд, разработчики Декрета, действительно, учли лучший опыт законодательства и правоприменительной практики иностранных государств и постарались соблюсти баланс интересов нанимателя и работника.

Вместе с тем, окончательную оценку эффективности института ограничения конкуренции в отношениях с работниками можно будет дать только после появления отечественной правоприменительной практики по соответствующим спорам.

Надеемся, что общие суды будут подходить к рассмотрению споров, вытекающих из соглашений об ограничении конкуренции, объективно, с учетом лучшего опыта иностранных органов юстиции, а также понимая, что наличие и широкое использование такого института в законодательстве Республики Беларусь – это не прихоть, а насущная необходимость современного бизнеса.

Все публикации

Источник: https://www.verdict.by/ru/publication/zakonodatiel-stvo/soghlashieniie-s-rabotnikom-ob-oghranichienii-konkurientsii/

Обязанность сохранения тайны и ограничение конкуренции

Договор об ограничении конкуренции

Работник должен выполнять свои трудовые обязанности лояльно, имея в виду выгоду работодателя, и воздерживаться от причинения ущерба работодателю.

Если работник при выполнении рабочих заданий получает информацию, сохранение которой в тайне является оправданным интересом работодателя, то в трудовом договоре можно договориться о т. н. обязанности сохранения тайны.

При этом работник имеет право знать, относительно какой информации действует обязанность сохранения производственной или коммерческой тайны.

В процессе трудовых отношений у работника может возникнуть обязанность сохранения тайны только случае, когда работодатель четко изложил содержащую тайну информацию и о ее содержании письменно известил работника.

Если работодатель не известил письменно работника об информации содержащей коммерческую тайну, то закон предполагает, что на  работника не ложится обязанность сохранения тайны.

  Работодатель не должен во время трудовых отношений или после прекращения трудового договора для исполнения обязанности о сохранении коммерческой тайны выплачивать работнику особое вознаграждение или предоставлять иные компенсации.

У работника сохраняется обязанность сохранения тайны по прекращении трудовых отношений в объеме, который требуется для оправданной защиты интересов работодателя. Как долго требуется хранить тайну после окончания трудовых отношений зависит от содержания тайны и интересов работодателя. В отличии от соглашения об ограничении конкуренции, сохранение тайны по окончании трудового договора не препятствует работнику в поиске и выборе рабочего места и не уменьшает в связи с этим возможности получения дохода.

Из обязанности сохранения тайны вытекает обычно также обязанность воздерживаться от работы у конкурентов без согласия работодателя или от оказания конкуренции работодателю.

Такое ограничивающее свободу действия работника соглашение можно заключить только с работником, трудовые отношения которого позволяют ему знакомиться с клиентами работодателя или с производственной, или коммерческой тайной, и который при использовании данных сведений может причинить существенный ущерб работодателю.

Также соглашение об ограничении конкуренции должно быть точно определено (предметно, территориально и по времени), а также  понятно работнику. Соглашение должно быть точным и содержать достаточно информации в определении у кого и какое время и в каком объеме запрещено работать.

Резюмируя вышеуказанное соглашение об ограничении конкуренции налицо является существенно ограничивающим права работника, заключение которого оправдано только в случаях если: — ограничение требуется для защиты особенного экономического интереса работодателя; — при оправданном интересе работодателя, когда приобретенные работником в трудовых отношениях знания могут нанести существенный вред работодателю; — территориально разумное ограничение (географические указания), временное (срок действия) и предметное ограничение (оговоренный объект). Например определено где действуют конкуренты; срок действия на ограничение конкуренции; в какой области деятельности запрещено работать; кто является конкурентом и т.д.;

— ограничение  работнику очевидно разграничено и работник понимает суть ограничения.

Закон о трудовом договоре предполагает, что соглашение об ограничении конкуренции во время действия трудового договора заключается письменно.

Если между работодателем и работником соглашение не было заключено в письменной форме, закон предполагает, что соглашения об ограничении конкуренции не существует.

При не соблюдении письменной формы следует доказать, что между сторонами было в действии соглашение об ограничении конкуренции во время трудовых отношений. Во избежании споров было бы разумно заключать соглашение в письменной форме.

Ограничение конкуренции которое действует после прекращения трудовых отношений всегда должно быть оформлено письменно. В противном случае соглашение об ограничении конкуренции не является действительным. Соглашение должно быть оформлено письменно сроком до одного года.

Во время действия трудового договора работодатель не должен компенсировать работнику также сопряжённые с запретом конкуренции ограничения. Однако иначе обстоит дело с ограничением конкуренции по окончании трудового договора: соглашение действует только в том случае, если работодатель выплачивает работнику ежемесячную компенсацию.

Компенсация должна при этом возмещать причиняемый работнику ограничением конкуренции ущерб, например, лишение зарплаты по той причине, что он не может использовать свою рабочую силу иным способом, или потому, что он вынужден брать менее оплачиваемую работу.

  Так как запрет на конкуренцию является ограничением на вид деятельности работника или ограничением свободы выбора рабочего места, то величина особого вознаграждения  должна быть справедливой и компенсировать ограничение в выборе рабочего места.

Целью возмещения является компенсирование работнику уменьшения его дохода, вследствие чего следует при установлении величины возмещения принимать в расчет влияние ограничения конкуренции на доход работника.

Например ограничение, которое отбирает у работника право работать по своей специальности означает то, что после прекращения трудовых отношений в общем случае происходит продолжение выплаты вознаграждения и разумной ежемесячной компенсацией является размер ежемесячной заработной платы.

При этом ограничение, которое несет с собой только обязанность не работать в акционерном обществе ХХ,  в то время когда возможен поиск работы на других предприятиях, означает очевидно меньшую компенсацию, ведь следует платить например некоторую часть от предыдущей заработной платы. Следовательно конкретная сумма возмещения зависит от обстоятельств и точного содержания.

Чем значительнее отображено препятствующее ограничение права на труд, тем больше должна быть и выплачиваемая компенсация.

Работодатель может в любое время отказаться от договорённости об ограничении конкуренции с предуведомлением не менее чем за 30 дней. Работник может отказаться от такой договорённости с предуведомлением за 15 дней только в случае, если из-за изменения обстоятельств интерес работодателя к ограничению его свободы деятельности более не имеет смысла. Работник может отказаться от договорённости об ограничении конкуренции также в случае, если он был вынужден отказаться от трудового договора из-за существенного нарушения работодателем договорных обязанностей.

Источник: https://v1.juristaitab.ee/ru/o-trudovyh-otnosheniyah/obyazannost-sohraneniya-tayny-i-ogranichenie-konkurencii

Почему я не подписываю соглашения о неконкуренции

Договор об ограничении конкуренции

После университета я устроился в IT-отдел компании по обработке платежей и взысканию долгов. Мой стол стоял рядом с колл-центром: я целыми днями выслушивал, как люди на пособии делают покупки не по карману и влазят в долги. Когда несколько продажников ушли и начали собственный бизнес, прихватив с собой клиентов, компания предприняла меры.

Она заставила всех в офисе, от сотрудников на вводе данных до операторов поддержки, подписать соглашения о неконкуренции. Это было первое соглашение о неконкуренции, которое я отказался подписать. В течение следующих пятнадцати лет меня ещё несколько раз попросят подписать такие бумаги, всегда перед приёмом на работу.

Я всегда отказывался, и до недавнего времени это никогда не становилось препятствием для приёма на должность.

Соглашение о неконкуренции обычно является частью стандартного трудового договора, предложения о работе или соглашения о неразглашении.

В нём говорится, что работник в течение определённого времени (обычно один год) после увольнения обязуется не начинать бизнес, который конкурирует с бизнесом нынешней компании, или не работать на конкурента. Если это звучит незаконно, то в штате Калифорния так и есть.

В 2017 году Иллинойс принял закон, запрещающий такие соглашения для низкооплачиваемых работников, обычно со ставкой ниже $13 в час. Даже в штатах, где подобные контракты не запретили, их часто признают не имеющими законной силы.

С чисто этической точки зрения они ограничивают одну из самых основных предпосылок капитализма: свободу выбора, на кого работать.

Это соглашение фактически ставит работника в положение должника по отношению к нынешнему работодателю, хотя долг не финансовый.

Реальные примеры

Ниже соглашение о неконкуренции, которое я обнаружил в предложении работы от компании, на которую работал в Новой Зеландии: 24. ОГРАНИЧЕНИЕ ТОРГОВЛИ
24.1.

Пока не получено согласие Работодателя в письменном виде, работник не участвует прямо или косвенно в любом бизнесе, который находится в прямой конкуренции с бизнесом работодателя в течение двух (2) месяцев с даты расторжения настоящего Договора.

Это ограничение может быть снято, если Работодатель удостоверится в том, что Работник не находится «в конфликте» с компанией, когда переходит на новую работу. Я высказал возражения по этой части — и меня пригласили поговорить с директором. Оговорка в контракте не очень ограничена по сфере применения, хотя ограничена разумным сроком (два месяца). Тем не менее, я высказал свою озабоченность.

Директор сказал: «В Новой Зеландии это всё равно не действует», а затем: «Может мы просто удалим этот пункт для вас?» Позже на той неделе я получил версию контракта без данного пункта и сразу подписал бумагу. В 2016 году мне попалось соглашение о неконкуренции в контракте кадрового агентства Apex.

Рекрутера сказал, что у них были ситуации, когда у потенциальных сотрудников возникали несогласия со стандартным контрактом, и что юротдел не допустит никаких изменений. Затем она попыталась убедить меня, что следующее заявление не является соглашением о неконкуренции: 9.

В течение шести (6) месяцев после окончания последнего задания Контрактного работника для Клиента, этот Работник не имеет права совершать какие-либо действия для этого Клиента, которые одинаковы или по существу аналогичны деятельности, осуществлявшейся Контрактным работником для Клиента, когда он был нанят Apex — в качестве работника или подрядчика от любой другой компании, которая занимается наймом сотрудников для оказания услуг на временной основе в интересах сторонних предприятий и, следовательно, является конкурентом Apex. Настоящий пункт 9 не применяется к Контрактным работникам, проживающим в Калифорнии или Северной Дакоте.
Несмотря на заявление рекрутера, вышеуказанный пункт очевидно представляет собой соглашение о неконкуренции. На это ясно указывает тот факт, что он не применяется к жителям Калифорнии, где такие соглашения незаконны. Пришлось оспорить его. Хотя я испытывал нехватку средств после долгого зарубежного путешествия, но всё равно чувствовал дискомфорт, подвергая риску своё базовое право на труд. Но рекрутер предложил дополнительное соглашение, подписанное директором, снимающее любые рабочие ограничения с моего контракта. Следующее соглашение фактически аннулирует пункт о неконкуренции: … Как обсуждалось, вы заключаете контракт с Apex и работаете под руководством                 в сиэтлском офисе Getty.… Если вы или Getty Images расторгнете договор, Apex Systems Inc. не помешает вам работать по контракту или напрямую через любое конкурирующее кадровое агентство. У вас, Сумита Ханны, не будет никаких ограничений на работу после увольнения, кроме работы в Getty Images под руководством                 через другое кадровое агентство. … Так что технически я всё-таки подписал контракт с соглашением о неконкуренции, хотя у меня было отдельное соглашение, которое фактически аннулировало его. Со временем становится всё труднее занимать бескомпромиссную позицию в отношении таких соглашений. Следующие пункты вошли в соглашение о неконкуренции от компании SpringCM: 1e. Ограничение на Вмешательство в Отношения с Работниками. В течение работы Работника на Компанию и в течение 1 (одного) года после расторжения Договора (по любой причине) Работник не должен прямо или косвенно обращаться или нанимать любого сотрудника Компании для любого вида занятости, консультационных или иных видов работ с Работником или любым другим лицом. Работник не должен никоим образом поощрять такого работника Компании или любой из дочерних и аффилированных компаний, расторгнуть трудовые отношения с Компанией. … …

g. Предупреждение. Во время работы в SpringCM и в течение двух (2) лет после этого Работник обязуется: (a) предоставлять компании письменное уведомление по крайней мере за тридцать (30) дней до начала работы на Конкурента или участия в Конкурирующей Деятельности; (b) предоставлять Компании достаточную информацию о своей новой должности, чтобы Компания могла определить, могут ли действия Работника на новой должности привести к нарушению настоящего Соглашения; и (с) в течение тридцати (30) дней с момента обращения Компании принять участие в переговорах через посредника или лично для обсуждения и/или решения любых вопросов, возникающих в связи с новой должностью. Работник несёт ответственность за все косвенные убытки, вызванные непредоставлением компании уведомления, предусмотренного этим пунктом.

Это совершенно странный договор, так как включает в себя не только соглашение о неконкуренции на один год, но и требует от сотрудника просить разрешения на работу с конкурирующей компанией в течение двух лет после ухода! В каком вывернутом мире кто-то вообще считает этичным или моральным требовать от человека в свободном обществе просить разрешения работать на кого-то другого? Их HR-представитель сказал, что для изменения соглашения требуется одобрение генерального директора, что произошло всего один раз за последние шесть лет. В итоге я ушёл из этой компании. Ещё хуже, что многие неконкурирующие компании часто просят потенциальных сотрудников раскрыть все свои соглашения о неконкуренции с другими компаниями. Они спрашивают, подписывали ли вы ранее такое обязывающее соглашение, а затем просят заключить другое аналогичное соглашение. Пример можно увидеть ниже в предложении о работе, которое мне прислала компания Rally Health. 10. Отсутствие Противоречивых Обязательств.
Я заявляю, что выполнение мною условий настоящего Соглашения и моя работа не нарушают и не будут нарушать никакого соглашения между мной и любым другим работодателем, клиентом, физическим или юридическим лицом. Я не заключал и не буду заключать никаких соглашений в письменной или устной форме, противоречащих настоящему Соглашению. Когда я искал работу в Чикаго, две компании предложили мне работу с соглашением о неконкуренции в трудовых договорах, которые их юристы отказывались удалить или изменить каким-либо образом. В прошлом пять разных компаний предлагали мне договоры с таким пунктом. Когда я обращал на него внимание, все они изменяли документ, обычно без всяких проблем. Сейчас мне кажется, что даже при желании я не имею права подписать пункт о неконкуренции — просто из уважения ко всем предыдущим работодателям, которые выслушивали моё мнение и помогали достичь полюбовного компромисса. Я отказался от обоих предложений и в конечном итоге согласился на работу, которая включала в себя соглашение о неконкуренции, но они согласились изменить этот пункт, чтобы он не действовал после увольнения.

Игнорирование cоглашения

Что касается соглашения о неконкуренции на новой работе, несколько друзей говорили мне: «Я их подписываю, но затем просто игнорирую». Обращение с трудовым договором как с EULA на iTunes или соглашениями мобильных приложений, вероятно, не самый мудрый вариант. Один мой хороший университетский друг как-то пытался уволиться после двух лет работы.

Он хотел принять предложение от другой рекламной и маркетинговой компании. Та прямо спросила, подписал ли он соглашение о неконкуренции с нынешним работодателем. Он ответил положительно, и это не позволило ему перейти на другую работу. Даже если закон не исполняется, большинство компаний просто не будут рисковать.

Потенциальный судебный иск — никогда не лучший вариант при найме нового сотрудника.

Защита интеллектуальной собственности

Некоторые компании будут утверждают, что такие соглашения необходимы для защиты их инвестиций и интеллектуальной собственности. Это просто неправда.

При приёме на работу инженеры часто обязаны подписать соглашение о неразглашении (NDA), соглашения по авторским правам, патентам, соглашения о непереманивании клиентов и бесчисленные иные соглашения, которые гарантируют, что все работы сотрудника принадлежат исключительно компании.

Соглашения о неконкуренции — это способ показать, что активы компании как будто выходят за рамки собственности и распространяются на самого человека, словно трудовой контракт даёт компании права на навыки сотрудника и обязательную лояльность.

Когда Uber наняла Энтони Левандовски, то Alphabet, материнской компании для Google, не пришлось полагаться на соглашение о неконкурентоспособности, чтобы обвинить Uber в краже интеллектуальной собственности на технологию автопилота. Проживая в Калифорнии, Левандовски мог после увольнения свободно работать на прямого конкурента Waymo (дочерняя компания Alphabet).

В стартап-столице мира это имеет смысл, если инженер чувствует, что в отсутствие ограничений нынешнего работодателя способен создать лучший продукт. Такое разрешение конкуренции может способствовать инновациям, но оно требует, чтобы инженеры стёрли всё из памяти. Оно не позволяет физическому лицу напрямую красть активы, созданные во время работы по договору, и перепродавать их, в чём Waymo обвиняет Левандовского.

У нас нет профсоюзов

Многие известные мне инженеры готовы подписать соглашение о неконкуренции, если оно узко сформулировано. Лично я никогда не покидал ни одну компанию для работы на конкурента, поэтому у меня чисто моральные убеждения против таких соглашений. Неконкуренция, по сути, ставит потенциального работника в долговую зависимость.

Если соглашение узко сформулировано, то можно сказать, что это ограниченная форма долга. Но всё равно долг. Так что же такое долг? Долг — это лишь извращённое обещание. Это обещание, искажённое расчётом и насилием. Если свобода (настоящая свобода) состоит в способности заводить друзей, то она обязательно должна подразумевать и способность давать настоящие обещания.

Какие обещания могут давать друг другу поистине свободные мужчины и женщины? Тут нам даже сказать нечего. Вопрос скорее состоит в том, как нам добраться до места, откуда мы сможем это выяснить.

И первым шагом на этом пути станет признание, что в самом широком понимании вещей никто не имеет права называть нашу подлинную стоимость, так же как никто не имеет права говорить нам, что мы на самом деле должны. — «Долг: Первые 5000 лет истории», Дэвид Гребер Одной из главных сущностей капитализма является свобода.

В частности, работники должны иметь право свободно решать, кому они отдадут своё время и ресурсы. Соглашения о неконкуренции ставят под угрозу это базовое право. Работодатель и так уже владеет всеми работами и правами на интеллектуальную собственность работника.

Права работодателя должны ограничиться произведённой работой, а не распространяться на фактические знания или навыки человека. С чисто капиталистической точки зрения соглашения о неконкуренции являются весьма антиконкурентными.

Я говорил некоторым работодателям, что подпишу соглашение о неконкуренции только в том случае, если компания выплатит мне полную заработную плату за один год, в течение которого действует это соглашение. Если это звучит безумно, то же самое можно сказать и о самом соглашении о неконкуренции.

Работники технологической отрасли и так уже передали своим компаниям многие права в области копирайта, патентов, изобретений и интеллектуальной собственности. Согласие столь многих инженеров подписывать соглашения о неконкуренции вредит нашей отрасли. У таких документов есть свойство подавлять инновации — и это одна из причин, почему они запрещены в Калифорнии, стартап-столице мира.

Я программист. У нас нет профсоюзов, и мы не заключаем коллективные сделки. Базовые права трудящихся — наша ответственность, и отказ от подписания соглашений о неконкуренции имеет важное значение для защиты нашего права на труд.

Источник: https://habr.com/ru/post/352898/

Эксклюзивные оговорки в договорах. Внесение условий, ограничивающих конкуренцию

Договор об ограничении конкуренции

Современное законодательство максимально направлено на поддержание конкуренций и ограничение монополистической деятельности. Об этом свидетельствует ряд нормативных актов, принятых в этой сфере.

К ним можно отнести, к примеру, ФЗ «О защите конкуренции», ФЗ «О естественных монополиях», ФЗ ««Об основах государственного регулирования торговой деятельности», ФЗ «Об иностранных инвестициях в РФ» и т.п.

 

Однако зачастую при заключении каких-либо договоров стороны вносят оригинальные условия, которые вызывают ряд вопросов о возможности их применения с точки зрения противоречия законодательству.

А.Н. Варламова в своей работе «Правовое обеспечение развития конкуренции» отмечает, что «Одной их самых сложных и до настоящего времени не до конца решенных проблем конкурентного законодательства является доказательство ограничивающих   конкуренцию   согласованных   действий   (сговоров)».

Так как же в настоящее время в законодательстве регулируется проблема внесения в соглашения условий, так или иначе ограничивающих конкуренцию? Для того, чтобы разобраться в этом необходимо проанализировать статью 11 ФЗ «О защите конкуренции».

Фактически, статья 11 устанавливает два вида запретов: запрет на соглашения, ограничивающие конкуренцию и запрет на согласованные действия, ограничивающие конкуренцию, т.е. на сговоры.

Во-первых, необходимо понять, что закон понимает под словом «соглашение». В соответствии со статьей 4 «Соглашение — договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме».

Под согласованными действиями статья 8 закона понимает «действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке при отсутствии соглашения, удовлетворяющие совокупности следующих условий: 

  1. результат таких действий соответствует интересам каждого из указанных хозяйствующих субъектов;
  2. действия заранее известны каждому из участвующих в них хозяйствующих субъектов в связи с публичным заявлением одного из них о совершении таких действий;
  3. действия каждого из указанных хозяйствующих субъектов вызваны действиями иных хозяйствующих субъектов, участвующих в согласованных действиях, и не являются следствием обстоятельств, в равной мере влияющих на все хозяйствующие субъекты на соответствующем товарном рынке…»

Важно отметить, что в Постановлении № 30 Высший Арбитражный Суд РФ дал некоторые разъяснения. Согласно п. 2  данного Постановления, при анализе вопроса о том, являются ли действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке согласованными (ст. 8 ФЗ «О защите конкуренции»), арбитражным судам следует учитывать: согласованность действий может быть установлена и при отсутствии документального подтверждения наличия договоренности об их совершении. Т.е. действия могут быть согласованы и в условиях договора, и даже в устной форме.

Во-вторых, необходимо разобраться в том, что именно закон понимает под факторами, ограничивающими конкуренцию. Для этого необходимо обратиться к статьям 11 и 11.1. Соглашение запрещается, если оно приводит к:

  1. установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат) и (или) наценок;
  2. повышению, снижению или поддержанию цен на торгах;
  3. разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков);
  4. сокращению или прекращению производства товаров;
  5. отказу от заключения договоров с определенными продавцами или покупателями (заказчиками).

Все эти положения относятся именно к так называемым «горизонтальным соглашениям», т.е. соглашениям, которые заключаются между конкурентами – лицами, работающими на одном рынке.

Однако существуют и «вертикальные соглашения». В соответствии с п.19 статьи 4 ФЗ «О защите конкуренции» вертикальным признается соглашение «между хозяйствующими субъектами, которые не конкурируют между собой, один из которых приобретает товар или является его потенциальным приобретателем, а другой предоставляет товар или является его потенциальным продавцом».

Именно к вертикальным соглашениям можно отнести дистрибьюторские соглашения, которые закрепляют правовые отношения по поставке товаров, осуществлению посреднических функций, передаче прав интеллектуальной собственности, а также иные объединенные общей целью обязательства. А.Б.

Борисова в своей статье в «Журнале российского права» (№3, 2005 год) понимает дистрибьюторский договор так: «Дистрибьюторский договор представляет собой договор, по которому одна сторона (дистрибьютор) в рамках ведения предпринимательской деятельности обязуется в течение определенного договором времени осуществлять и организовывать продвижение и распространение товара на определенной территории, для чего, в частности, будет приобретать этот товар у другой стороны (поставщика), а поставщик обязуется поставлять товар дистрибьютору и обеспечивать ему привилегированное положение на данной территории».  Дистрибьютор не является потребителем товара, поскольку покупает товар не для удовлетворения личных нужд, а для его перепродажи в пределах оговоренной территории (рынка).

Согласно Руководству по составлению международных дистрибьюторских соглашений, утвержденному Международной торговой палатой, дистрибьютор должен: приобретать и перепродавать товар от своего имени и за свой счет; принимать на себя организацию продаж на определенной территории; не создавать обязательств для производителя.

Привилегированное положение дистрибьютора на определенной договором территории обеспечивается не только путем ограничения прав сторон и установления ответственности за неисполнение соответствующих обязательств.

Ограничение прав поставщика состоит в том, что он не имеет права заключать договоры, предполагающие распространение согласованного товара на территории дистрибьютора, и воздерживаться от осуществления на этой территории самостоятельных действий по распространению этого товара.

Ограничением прав дистрибьютора часто являются запрет торговать соответствующим товаром на иных территориях (что, в частности, обеспечивает поставщику выполнение его обязательств перед другими дистрибьюторами), а также запрет заключать аналогичные договоры с другими поставщиками по распространению конкурирующих товаров на установленной территории. Это как раз таки и является одной из точек дискуссии по поводу дистрибьюторских договоров и влияния их на ограничение конкуренции. По сути,  это условие ограничивает права собственника — поставщика или дистрибьютора распоряжаться своим товаром. Соглашение сторон об ограничении прав сторон дистрибьюторского или агентского договора можно отнести как раз к обязательствам из п. 1 ст. 307 ГК РФ «В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Сторона договора принимает на себя обязательство не совершать определенных действий, т.е.  не конкурировать с другой стороной тем или иным образом, определенным договором.

Таким образом, далеко не все вертикальные соглашения несут вред для конкуренции, регулирование в их отношении должно быть более либеральным, нежели в отношении горизонтальных соглашений. Так например, И.В.

Князева в работе «Антимонопольная политика государства» отмечает, что «современное антитрестовское законодательство рассматривает неценовые вертикальные ограничительные соглашения с позиции правила разумности, так как в их содержательной реализации чаще присутствует позитивный, нежели негативный эффект для конкуренции и потребителей».

Российское законодательство смотрит на данную ситуацию иначе. Согласно ФЗ «О защите конкуренции»  что касается вертикальных соглашений, то запрещаются вертикальные соглашения между хозяйствующими субъектами, если:

  1. такие соглашения приводят или могут привести к установлению цены  перепродажи товара;
  2. таким соглашением продавец товара предъявляет покупателю требование не допускать товар хозяйствующего субъекта — конкурента для продажи. Данный запрет не распространяется на соглашения об организации покупателем продажи товаров под товарным знаком либо фирменным наименованием продавца или производителя.

Согласно ФЗ «О защите конкуренции» перечисленные в п. 1 ст. 11 соглашения (согласованные действия) любых хозяйствующих субъектов запрещаются независимо от наличия положительного эффекта.

Источник: https://kollegia.info/eksklyuzivnyie-ogovorki-v-dogovorax-vnesenie-uslovij-ogranichivayushhix-konkurencziyu

Свобода договора против ограничений: ВАС не поддержал позицию ФАС

Договор об ограничении конкуренции

Законодательство позволяет включать в договор коммерческой концессии (франчайзинга) различного рода ограничения для обеих сторон. Именно поэтому на практике стал возникать вопрос, как это право соотносится с антимонопольным законодательством.

Обычно антимонопольный орган находит нарушения в действиях сторон договора, если они включают в него дополнительные ограничения (влекущие ограничение конкуренции или раздел рынка). И в этих случаях ВАС согласен с ФАС1.

Но возникла ситуация, когда ограничения договором предусмотрено не было, а антимонопольный орган действия правообладателя счел противозаконными. И ВАС не согласился с ним2. Почему?

Спорная ситуация возникла между сторонами договора коммерческой концессии (франчайзинга).

Правообладатель, передав права на использование комплекса исключительных прав на товарный знак, закрепил право использования товарных знаков и коммерческого обозначения за пользователем на определенной территории (речь идет о сети магазинов «Пятерочка»), сам же стал использовать в предпринимательской деятельности на той же территории похожее название — «Пятерочка плюс». И пользователь, и антимонопольный орган расценили эти действия как нарушение антимонопольного законодательства, в частности ч. 1 и 2 ст. 14 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции). ФАС признал действия правообладателя недобросовестной конкуренцией, связанной с одновременным использованием комплекса исключительных прав, в том числе права на использование в торговой деятельности товарных знаков (знаков обслуживания), права на использование в торговой деятельности пользователя коммерческого обозначения. Однако согласно позиции ВАС РФ отсутствие в договоре франчайзинга запрета на использование товарного знака самим правообладателем позволяет ему открывать магазины не только со схожим названием, но и с идентичным.

Смысл договора франчайзинга

По договору коммерческой концессии (франчайзинга) одна сторона (правообладатель, франчайзер) обязуется предоставить другой стороне (пользователю, франчайзи) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс исключительных прав, принадлежащих правообладателю, в том числе право на фирменное наименование и (или) коммерческое обозначение правообладателя, на охраняемую коммерческую информацию, а также на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав — товарный знак, знак обслуживания и т.д. (п. 1 ст. 1027 ГК РФ).

При определении объема прав и обязанностей сторон договора нужно учитывать, что договор франчайзинга схож с лицензионным договором.

К договору коммерческой концессии соответственно применяются правила раздела VII ГК РФ о лицензионном договоре, если это не противоречит существу договора коммерческой концессии (п. 4 ст. 1027 ГК РФ).

В силу ст. 1236 ГК РФ лицензионный договор может предусматривать:

  • предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации с сохранением за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (простая (неисключительная) лицензия);
  • предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (исключительная лицензия).

Если лицензионным договором не закреплено иное, лицензия считается простой (неисключительной).

По общему правилу лицензионный договор (независимо от вида такого договора) предполагает сохранение за лицензиаром права самому использовать соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализаци. На это указано в п. 14 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Следовательно, исходя из буквального понимания смысла закона правообладатель сам может использовать права, которые он передал пользователю. Конечно, при условии, что в договоре не предусмотрено ограничение пользоваться такими правами.

Ограничения прав сторон по договору коммерческой концессии

В пункте 1 ст. 1033 ГК РФ установлен перечень ограничений, которые стороны могут предусмотреть в договоре. Но он не исчерпывающий.

Некоторые ограничения направлены на защиту прав пользователя по договору коммерческой концессии и призваны помочь ему в исполнении обязанностей по договору, обеспечив возможность развивать систему сбыта товаров, выполнения работ или оказания услуг под коммерческим обозначением правообладателя либо с использованием других переданных по договору исключительных прав.

Наряду с этим может быть предусмотрено обязательство пользователя не конкурировать с правообладателем на территории, на которую распространяется действие договора коммерческой концессии в отношении предпринимательской деятельности, осуществляемой пользователем с использованием принадлежащих правообладателю исключительных прав. Указанное обязательство направлено на сдерживание конкуренции именно по отношению к товарам (работам, услугам), выпускаемым (выполняемым, оказываемым) самим правообладателем либо пользователем с использованием исключительных прав, принадлежащих правообладателю, а также его деловой репутации и коммерческого опыта.

В договоре могут быть установлены и ограничения, защищающие интересы правообладателя. Но не любые. Существует своего рода ограничение ограничений.

Пределом установления ограничений прав сторон по договору коммерческой концессии является антимонопольное законодательство: ограничительные условия могут быть признаны недействительными по требованию антимонопольного органа или иного заинтересованного лица, если эти условия с учетом состояния соответствующего рынка и экономического положения сторон противоречат антимонопольному законодательству.

Именно взаимосвязь требований антимонопольного законодательства с принципами свободы договора — та причина, по которой ФАС может вмешаться в договорный процесс. Однако предметом судебного разбирательства действия правообладателя при отсутствии ограничений являются впервые.

По вопросу пределов использования прав, переданных франчайзи франчайзером, авторитетные юристы высказываются так: «Можно, строго соблюдая обязанность, не предоставлять другим лицам аналогичные комплексы исключительных прав для их использования на закрепленной за пользователем территории, тем не менее давать разрешения на использование отдельных исключительных прав, принадлежащих правообладателю: права на товарный знак или знак обслуживания, полезную модель или промышленный образец, на охраняемую коммерческую информацию»3.

Резюме

Учитывая позицию Высшего арбитражного суда РФ по анализируемому делу, суды в случае принятия решений должны будут исходить из того, что не признаются недобросовестной конкуренцией действия правообладателя исключительных прав, совершаемые им в соответствии с условиями заключенного договора.

Хотя антимонопольное законодательство и является пределом установления различного рода ограничений прав сторон по договору коммерческой концессии, но не признаются недобросовестной конкуренцией действия правообладателя исключительных прав, совершаемые им в соответствии с условиями заключенного договора.

Получается, что для правильного разрешения подобных ситуаций главное — правильно квалифицировать действия сторон договора.

И если в делах, связанных с внесением в договор дополнительных условий, скажем, о согласовании между франчайзи и франчайзером пула клиентов, нарушение антимонопольного законодательства налицо, то в ситуации, когда стороны договора действуют в рамках договора, не ограничивающего их, квалифицировать действия гораздо сложнее.

Вывод для правоприменителей очевиден: заключая договор коммерческой концессии, просчитывайте риски и правовые последствия действий контрагента и по возможности находите баланс интересов и ограничивайте действия партнера на стадии заключения договора, если это действительно может негативно сказаться на результатах вашей деятельности.

Антимонопольному органу из этой истории остается извлечь урок: необходимо правильно квалифицировать действия хозяйствующего субъекта и устанавливать четкие критерии определения действий, содержащих признаки и характеристики недобросовестной конкуренции.

1 Определение ВАС РФ от 09.11.2009 № 14228/09 об отказе в передаче дела в Президиум ВАС РФ.

Источник: https://www.eg-online.ru/article/154401/

Адвокат Аванесов
Добавить комментарий